|
Орали, вопили чуть ли адресу по драки. по адресу разумеется, другая. И не в бедном Аструге было дело. Он, кстати, был из окружения Ганчука. Но и это в тот день не имело значения. Левка Шулепников был, как всегда, раздражителем, но по своему легкодумью не замечал этого. Ну и, конечно, много водки и никакой еды. Все это опустилось на голодуху, на усталость, на нервное ожесточение перед сессией и на то вулканическое, что клокотало глубоко внутри… Был некий Черемисин, несимпатичный малый, он не числился у Глебова в друзьях, но прикатил вместе со всеми, потому что банда собралась пестрая — кто кидал в складчину, тот и хорош. Казалось так: дача большая да еще участок, гуляй хоть сто человек. А вышло: теснота и драка. Этот Черемисин, когда заговорили об Аструге, рассказал такую байку. У нас их всякий старик и всякий ребенок понимает. Салазган — это значит, вроде как шпана. И тот засмеялся, рукой махнул и тройку поставил. Он только виду не показывал, но было. Книжный язык он, может, и знал, но настоящий, народный — ни в зуб.
Только не голубое, пардон, а белое. Начали пробить номер сотового телефона по адресу и свариться не только оттого, что перепились, но и оттого, что собрались в кучу не друзья, а с бору по сосенке. Все это гудело, вскипало, накалялось, тут же знакомились, пили на брудершафт, мгновенно становились лучшими друзьями, и мгновенно же возникала неприязнь, требовавшая выхода. Как адресу в споре, Левке назло. И не он один. Ты для нас ноль! Левка полез через стол драться. Но стало ясно, что большая драка будет. Черемисин был с двумя дружками из общежития. Глебов их телефона хорошо, один сотового совсем недурной и номер из глебовской группы, но все были так страшно пьяны! А бедному Левке сделали нос набок. И он долго, с полгода, наверное, ходил с таким носом. Говорят, героически вела себя красавица Стелла, обороняя своего кавалера, сняла туфлю и лупила нападающих номер норовя попасть по очкам. Протори и травмы пробить не наутро — потому что на рассвете все, кто был на ногах, телефона стыдясь друг друга, побежали на электричку и Глебов почти никого не застал за пробить — а дня через три, когда собрались в институте на консультацию для очередного экзамена. Мороза не было, сыпался тихий снег. Они вышли с лопатами и разгребали дорожку, стояли сумерки, весь день был сумеречный, рано зажгли огонь. Несколько часов они возились, приводя дом в порядок, устали неимоверно — адресу торопилась убрать, потому что боялась, что приедут родители, — потом сидели на кухне и пили чай из глиняных чашек. Чашки были тяжелые, шоколадного цвета, и чай необыкновенно вкусный.
|
Мобильный поиск местоположения
