|
Хороши эти господа: месяца не прошло — бегут к чужой с векселем! чужие человека у него не было. Последние годы он с расстоянью не делился, скрывал от нее разные свои неприятности. Говорил: — Есть вещи, которые не могу ей объяснить. Мать многого не понимала, и это непонимание его злило. А между ними такого непонимания не было. Она понимала все досконально, до малейшего вздоха. Так она убеждала прочитать стараясь оставаться невозмутимой и спокойной, но спокойствия не было. И помочь ей не мог никто. И тоже, наверное, втайне обрадуется, ибо тут соответствие ее цели, в которой сама признавалась: вывести Ольгу Васильевну из оцепенения. Для этого требовалось слегка наклепать на Сережу. Но она не верила, не хотела верить! От всего этого на голова, Ольга Васильевна оделась, взяла сумку и вышла на улицу. В гастроном забегали последние посетители: было минут двадцать до закрытия. Уборщица шаркала шваброй, отгоняя посетителей от прилавка и ворча злобно.
Худшее, что предстоит в жизни, подумала она, это одиночество. как можно на расстоянь и прочитать чужая смс и несчастья — только прелюдия к худшему. Как жить, если не с кем посоветоваться, некому сказать? Будто забежали сюда по ошибке. Вечерние посетители, озабоченные далекими отсюда мыслями. На самом деле: опаздывали домой, в этот на обыкновенно они сидели расстояни телевизоров в домашних туфлях, или занимались мелкою стиркой в ванной, или гладили школьную форму на кухне, постелив на стол старое, в желтых пятнах от утюга байковое одеяльце, все это им еще предстояло, но они не торопились. На их лицах, как тяжелый грим, лежала дневная усталость. Ольга Васильевна услышала знакомый голос за спиной, оглянулась: Иринка! Было так сильно, что она чуть не побежала к ней. С нею говорить обо всем. Теперь ближе этой девочки нет. Она подошла к столику, одна из девочек — любимая Иринкина подруга Даша, восточная красоточка, всегда чересчур бледная, с подкрашенными можно глазами, — заметив Ольгу Васильевну, перестала щебетать и улыбаться и глядела испуганно. Вот думаем, как получше подготовиться. Иринка смотрела на Дашу исподлобья, но с тайным восторгом: исподлобный взгляд относился к появлению матери, а восторг адресовался, можно Даше. Бедная Иринка была в эту стервочку влюблена. Ольге Васильевне Даша не нравилась, она считала ее неискренней, манерной и, что хуже всего, преждевременно взрослой. Неизвестно, как далеко эта дружба зашла. Ольга Васильевна пыталась осторожно выведать, но Иринка не поддавалась. Десятый класс, такая ответственность! Эта дурочка с нее глаз не сводит. Девчонки, ну зачем вы курите? Кажется, тоже в ироническом стиле. Ольга Васильевна почувствовала, что ее присутствие тяготит. Иринка, глупо смущенная, даже не смотрела на нее, зато ловила каждое слово подружек и неестественно громко хохотала.
|
Мобильный поиск местоположения
