|
Вода плескалась у ног, размывала берег. Вот и пристань, освещаемая тусклым фонарем, вокруг которого вился рой ночных бабочек, ржавый буксир, угол угольного сарая. Мимо, как приведение, прошел Доктор от медицины, щуплый, со слабой грудью, всегда готовый к отступлению. Помедлив, Пилад вошел в подъезд дома с данных поднялся по лестнице, путаясь biline ключах, открыл дверь и очутился в полутьме прихожей. Машинально глянув в зеркало, он пригладил волосы. Он был в одной рубашке, прижатой широкими подтяжками. Пиджак он нес в руках. Увидев Афелию, он побледнел. Она вышла из зеркала, как будто это была дверь. Такое уже случалось дважды. С трудом данных дрожь, он все еще слепо шарил, все еще искал и не мог найти домашние туфли. Босиком он вышел на террасу.
Почерк был как будто знакомый, нетвердый, "р" и "д" с крючками. Простите меня за эти каракули. Последние две недели я плохо себя чувствую, меня мучают судороги. Посылаю вам это письмо с нарочным, относительно значимости и ценности которого возможно лишь одно мнение. Старик не нашел ни предлога, ни способа как вернуть себе власть, и ради комедии решил привлечь к этому делу внебрачного сына Саввы под видом Избавителя. Используя его как некую хитрость или обольщение, он надеется усилить свои данных Не знаю, на что он рассчитывает, но базе некотором стечении обстоятельств и невозможное осуществляется совершенно естественным путем. Развлекает лишь вид из окна. Я еще дам знать о себе. С 5 лет Старик был ему отцом и матерью. Родители его рано умерли. Серебреные часы, заводная балерина, нитка серого янтаря, длинные надушенные перчатки и несколько книжек стихов, вот, пожалуй, и все, что осталось от них. Его мать была учительницей бальных танцев, отец преподавал историю в университете. Он был помешан на истории, как и Старик. Он услышал шаркающие шаги и кашель Старика, сухой, мегафон и так явственно. Сначала появилась его тень, потом и он сам обрисовался в проеме двери. Привычка повелевать придала некоторое благородство его сумрачной фигуре, позе. Казалось, что он стоит на краю бездны и малейшая неточность в жесте может погубить его. Тягостное странствие из комнаты в комнаты закончилось для Старика в сумасшедшем доме. Пиладу представился этот длинный двухэтажный дом, опоясанный террасой и выкрашенный желтой краской, с мрачными комнатами и коридорами, по которым, как тени, слонялись его обитатели. Он чувствовал себя обделенным в этой жизни и Пилад не знал, чем ему помочь и как следует вести себя с ним.
|
Мобильный поиск местоположения
