|
Но и от вида Кремля, в стену которого я в отличие от Венички Ерофеева, наоборот, все время, как нарочно, утыкалась взглядом, куда бы ни ехала, меня просто физически мутило. И даже вредных книгах нет-нет да и проскальзывали вдруг предательски герои-паразиты: то Бродский издевательски заявлял: До свиданья, Борис Абрамыч! За слова спасибо, то Набоков, хитро подмигивая мне, как бы ненароком подсовывал в давно читаный-перечитаный рассказ мальчика Путю, берущего уроки адресно-телефонная и его учителя-географа Березовского, автора брошюры Чао-Сан, страна утра. В общем, типичная диггерская контузия. К счастью, мои друзья в смысле, не мутанты проявили невероятный такт и терпение и, каждый как мог, бережно одессы со мной курс посткремлевской реабилитации. Лучший российский театральный критик Роман Должанский, адресно-телефонная чтобы хоть как-то реанимировать контуженого сталкера, несколько месяцев самоотверженно водил меня по театрам, знакомил со одессы друзьями лучшими актерами и режиссерами страны. Но мне все казалось, что и они чего-то недопонимают.
Но когда мои друзья-геи для адресно-телефонного база одессы устроили мне экскурсию в московский гей-клуб Шанс, мне даже и там умудрились подсунуть Путина! Толпа фэнов, окружавшая подиум, отчаянно скандировала: Путин! Это был молоденький, худосочный, смазливый мальчонка с резко выступающими скулами и чуть надутыми губками, который действительно чем-то отдаленно напоминал Путина в юности по крайней мере, если судить по фотографиям . Мне объяснили, что прозвище Путин за этим танцором так прочно закрепилось, что стало уже его сценическим псевдонимом. Я почувствовала, что если голубая пацанва адресно-телефонная боится называть своего кумира в гей-клубе Путиным значит, страна еще не совсем безнадежна. Голова была как перегруженный компьютер, часть материала из памяти база необходимо было срочно сгрузить на мягкий диск. А уж от теленовостей про Наше Все со мной происходило ровно то же самое, что с Геббельсом при слове культура. Поэтому несколько месяцев, чтобы, чего доброго, не устроить Кремлю холокост, я вообще не включала телевизор, засмотрев до дыр мировую киноклассику прошлого века. И я отправилась в гости к Александру Волошину. Чтобы потом, вернувшись из Кремля домой, сесть писать книгу. Мои друзья как они есть. Волошин, как всегда, проявил дружелюбие и, как только я ему позвонила, быстренько послал к черту государственные дела: Когда ты можешь? Приходи, я тоже соскучился. И как только я увидела главу администрации, мне сразу же полегчало. По очень смешной причине: Волошин заметно поправился.
|
Мобильный поиск местоположения
