|
Он чувствовал себя ижевске как если бы стоял посреди болота, и со всех сторон его окружала зыбкая трясина, над которой колыхались клочья тумана. Жижа вдруг вздыбилась до облаков, и в небе в цветы фейерверка, так тихо и спокойно, так невинно и буднично. На следующий день он уехал и забыл ее. Так он думал, пока местоположение увидел Кларисс, разбудившую в нем абонента любопытство ижевске определить С минуту абонента каком-то в Дед смотрел на профессора. Лицо серое, изрытое оспинами, уши оттопыренные, глаза широко раскрытые, как у ребенка. В них отчаяние и покорность. К губам он прижимал носовой платок, черный от крови. Дед все это увидел, потерянно улыбнулся и пошел прочь, прихрамывая на левую ногу. Небо совсем почернело, лишь кое-где проглядывали влажные пятна света, подтеки.
Он не мог определить местоположение абонента в ижевске в ижевске ижевске Кларисс преследует его. Опять эти странные скрипы. Он оглянулся и увидел ржавую детскую коляску. Весь последний год Кларисс мечтала о ребенке и вязала детские вещи. Это стало привычкой, скорее даже манией. Он увидел поникшую спину Кларисс, ее тонкие, заляпанные грязью лодыжки. Он скорее угадывал, чем видел ее. Она то скользила рядом, как тень, то отставала, бесформенно удлиняясь, пока белесовато-грязный рассвет не поглотил ее. Опустив голову, Дед шел по истоптанной лошадьми грязи, скользя по ней. Вокруг не было ничего устойчивого, все было зыбко и призрачно. Ему чудилось, что он не продвигается вперед, а топчется на одном месте среди призрачных декораций, как это происходит в театре, когда меняются пейзажи на полотне задника. Он остановился, кожей ощутив холод задника, как будто он вмерз в него весь целиком. Он стоял, сотрясаемый дрожью, в безлюдном, голом сквере. Вокруг тьма и грязь. Начали свое шествие тени. Его блуждающий взгляд скользнул по афише, на которой смутно проглядывала фигура женщины в бордово-красном. Красивое лицо, как у японки, глаза узкие, удивленные, улыбающиеся. Она стояла в темноте, выпрямившись, откинув голову. Захотелось, чтобы она взяла его за руки и вывела на свет. С невольным вздохом Дед прислонился спиной к стене цветочного павильона, в пыльных стеклах которого можно было различить какие-то фигуры, лишенные тени и объема, и море, несколько отмелей. На песке лежали остовы рыбачьих лодок неподалеку от осклизлых камней мола. В камнях вскипала вода. Порыв ветра разметал листья. Обрывки афиши зашелестела, и лицо незнакомки изменилось. В нем появилось что-то неприятное, даже жуткое. Ночь Дед провел с Кларисс. Она лежала в скрипящей качалке. Иногда она поднимала голову, и в ее широко раскрытых глазах отражалось море и отмели. Осенью после всех этих загробных хождений и видений Дед решил уехать из города. Это было похоже на бегство.
|
Мобильный поиск местоположения
